Григорий рассеянно слушал ворчанье товарища, его внимание было поглощено девушкой, сидевшей рядом с ним. Она уверенной и сильной рукой правила конем. Григорий, не отрывая глаз, смотрел на профиль Наты, на ее слегка вздернутый нос, на мягкие очертания подбородка. Длинная прядь черных волос выбилась из-под ее теплой шапочки и разметалась по лицу.
Андрей  сердито окликнул   Григория:
—  Ты не слушаешь меня, Гриша,— огорченно сказал он.— Я  не знаю, о чем ты думаешь...
Григорий смутился.
—  Прости, Андрей, но ночь так хороша, прогулка-наслаждение. У вас чудесный рысак.
Андрей забыл про огорчение...
—  Правда? Я, знаешь, очень люблю его, но с ним надо уметь ладить... Я тебе рассказывал о Лазареве, твоем знакомом. Он за последнее время очень беспокоит меня. Я прямо в отчаянии, не знаю, что мне делать...
Григорий с удивлением взглянул на товарища. Чем мог беспокоить его такой безусловно честный человек, как Лазарев?
—  Андрей, по-моему, ты ошибаешься, думая плохо о Лазареве,— серьезно сказал